Озеров Николай Николаевич

(1925-1997) русский актер, спортивный комментатор, теннисист

Уже при жизни, Николая Николаевича Озерова называли «человеком-легендой», «человеком-эпохой». И в этом не было преувеличения. Он был одним из немногих не только в Советском Союзе, но и во всем мире, кто совмещал сразу несколько профессий и во всех добился успеха.

Николай Озеров был известным актером, играл на сцене старейшего театра страны — МХАТа. За свое творчество он был удостоен Государственной премии и звания народного артиста России. Он был также блестящим спортсменом — заслуженным мастером спорта, сорок пять раз выигрывал титул чемпиона СССР по теннису. Однако не меньшую, а, может быть, даже большую славу Озеров завоевал как спортивный журналист и комментатор. За заслуги в этой сфере деятельности он неоднократно становился лауреатом премии Союза журналистов СССР.

Сам Николай  Озеров часто повторял: «Моя жизнь — это спорт». У него был по-настоящему спортивный характер, который позволил ему, уже тяжело больному человеку, работать до последних дней жизни.

Он родился в Москве, в артистической семье. Его отец пел в Большом театре ведущие партии драматического тенора в операх «Садко», «Отелло», «Пиковая дама», многих других. В их доме бывали выдающиеся артисты — Козловский, Москвин, Голованов, Тарханов, Нежданова. Приходили известные писатели, художники. Воспитываясь в этой творческой среде, Озеров просто не мог не стать актером.

В детстве он мечтал петь, как отец, и учился музыке, но у него был недостаточно сильный голос. Тем не менее уже в четыре года у мальчика отмечали хорошее сопрано, и однажды на детском празднике он пел арию Джильды из оперы Джузеппе Верди «Риголетто» в парике и юбке.

Слушая выступления отца в Большом театре, мальчик горячо поддерживал его из зала. Потом то же самое повторилось с его детьми. На спектакле «Синяя птица» во МХАТе, где Николай НиколаевичОзеров играл роль Хлеба, его дети кричали в зале: «А где же папа?»

Спортом Николай Озеров тоже начал заниматься с детства. Он увлекся теннисом и еще школьником стал чемпионом страны по этому виду спорта. Начинал он в обществе «Локомотив», в 17 лет перешел в «Спартак» и остался верен ему до конца жизни. Известность Озерова как талантливого теннисиста росла. О нем писали, что он внес новое направление в советский теннис.

Однако, закончив школу, Николай Озеров все-таки выбрал искусство и поступил на актерский факультет ГИТИСа, хотя спорт тоже не оставил. Такие большие нагрузки, конечно, требовали немалых физических и душевных затрат. Приходилось очень жестко планировать свое время. Он уходил из дома на тренировки, когда все еще спали. Потом бежал на занятия в институт, в перерыв снова мчался на стадион.

После окончания института Озеров поступил работать во МХАТ и несколько лет играл на сцене прославленного театра. Однажды ему даже довелось петь в опере. Он заменял заболевшего солиста в «Паяцах» Леонкавалло.

В 1950 году в его жизни появилось еще одно занятие — журналистика. В спортивной редакции Всесоюзного радио открылась вакансия комментатора, и выбор пал на Николая Озерова. Руководство рассудило правильно: кто лучше Озерова, известного артиста и спортсмена, может справиться с этой работой?

Ему было не занимать азарта, он решил попробовать и, по его словам, поступил в «рабство» к Вадиму Синявскому, знаменитому в то время спортивному комментатору. Николай Николаевич Озеров до конца жизни был благодарен ему за науку и считал Синявского лучшим комментатором за всю историю советского радио и телевидения. Он прошел у него «настоящую академию спортивного репортажа».

Свой первый репортаж Николай Николаевич провел 29 августа 1950 года с матча ЦСКА — «Динамо». Потом была первая командировка в составе группы спортивных журналистов на Украину, где проходило первенство страны по футболу. Эти соревнования надолго остались в памяти Озерова. У арбитра остановились часы, и он в перерыве между таймами дал отдохнуть футболистам на семь минут больше. Эту неожиданную паузу должен был заполнить комментатор. И Николай Озеров принялся импровизировать. Он пересчитывал зрителей на трибунах, старался вспомнить, какие соревнования и когда проходили на этом стадионе, хотя их результатов он, конечно, не знал. Именно тогда он понял, что спортивный комментатор должен иметь хороший запас знаний в области спорта, особенно в тех видах, в которых он специализируется.

Этот эпизод стал для него уроком на всю жизнь. Потом ему приходилось не раз заполнять паузы, но он уже был во всеоружии. Так, во время хоккейного матча сборных СССР и ГДР, в котором наши хоккеисты вели в счете 10:0, тренеры советской сборной согласились на большой перерыв в 19 минут, чтобы немецкие хоккеисты успели починить коньки. А в 1968 году на Олимпийских играх в Гренобле, Николаю Озерову пришлось заполнять паузу в 33 минуты.

Спортивный комментарий оказался не таким простым делом. Эта работа требовала большой ответственности и собранности. Ведь во времена Озерова комментаторы чаще всего выступали в прямом эфире и все их ошибки слышали миллионы людей. В первое время они случались и у него. Он очень болезненно воспринял свой «прокол» в 1954 году на чемпионате мира по конькобежному спорту, когда у него под рукой не оказалось протоколов и он поставил чемпиона на пятое место.

После первого репортажа, Николай Николаевич Озеров многие годы комментировал футбольные матчи, а затем рамки его деятельности расширились, поскольку советские спортсмены начали выступать на самых различных соревнованиях, и Озерову приходилось вести репортажи по гребле, стрельбе, конному спорту, фигурному катанию. Но главными его видами оставались футбол и хоккей.

Чтобы вести репортажи, Николай Озеров завел своеобразную картотеку, куда вносил сведения обо всех соревнованиях, стадионах и, конечно же, спортсменах. Он возил ее с собой на все важнейшие соревнования. В то время еще не были изобретены портативные компьютеры и средства связи, поэтому картотекой Озерова зачастую пользовались и другие спортивные журналисты.

Перед репортажем он обязательно приходил на тренировки, чтобы знать в лицо каждого спортсмена, а не опознавать его по номеру во время матча. На ответственных матчах по хоккею он работал прямо у бортика, чтобы находиться в гуще событий.

Со временем появился опыт, и Николай Озеров почувствовал себя свободно в любой ситуации. Правда, ошибки все равно случались, но он не боялся тут же исправлять их, иронизируя над собой. К тому же Озеров предпочитал вести передачи экспромтом, не пользуясь суфлерами, как называется бегущий в телевизионной камере текст, чем, по его мнению, злоупотребляют современные комментаторы.

Уже будучи спортивным комментатором, Николай Николаевич Озеров и сам продолжал тренироваться и выступал на соревнованиях по теннису. Несмотря на большие нагрузки, он умел собираться и быстро восстанавливал спортивную форму.

В 1952 году он впервые поехал на Олимпийские игры в Хельсинки в качестве спортивного комментатора и, вернувшись оттуда, на следующий же день принял участие в очередном чемпионате страны по теннису. Правда, выступил в тот раз неудачно и стал готовиться к новому первенству. Однако неожиданно пришлось делать операцию на коленном суставе. Он решил отказаться от участия в соревнованиях. Но профессор Ландэ, который делал ему операцию, настоял на том, чтобы Озеров играл и стал чемпионом, убеждая его, что это в первую очередь необходимо медицинской науке.

Николаю Николаевичу Озерову хватило двадцати дней, чтобы полностью восстановиться. Он поехал в Тбилиси, где проходило первенство, выиграл его и оттуда послал телеграмму профессору: «Счастлив доложить. Задание выполнено. На всю жизнь благодарный чемпион Советского Союза Николай Озеров». Он мечтал выиграть Уимблдонский турнир, что ему было вполне по силам. Однако принять участие в этих престижных соревнованиях ему так и не довелось.

Можно только поражаться, как Николай Николаевич успевал делать столько самых разных дел и как ему на все хватало сил. Правда, сам он считал такую жизнь вполне естественной. Однажды Николаю Озерову пришлось целый месяц ночевать в поезде Москва — Ленинград. Тогда он снимался в фильме «Ход белой королевы». Приезжал утром в Ленинград, шел в парикмахерскую, потом в кафе позавтракать, после чего ехал на съемки в Ленинградскую область, вечером самолетом возвращался в Москву на работу — вести спортивный выпуск «Последних известий» или играть в спектакле Художественного театра, а потом снова на поезд.

Николай Николаевич Озеров снялся в одиннадцати фильмах, сыграл множество ролей на сцене, выступал на эстраде, вел спортивные репортажи из 49 стран мира, работал на семнадцати Олимпийских играх.

Театр, кино, телевидение, радио, эстрада, спорт — все эти занятия были для него главными и просто дополняли друг друга. Популярность Озерова как спортивного комментатора продолжала расти. Его словечки и целые фразы из репортажей становились летучими.

Последние годы жизни Николая Озерова прошли в борьбе с болезнями. Он три раза лежал в реанимации, болел диабетом, перенес несколько операций на правой ноге, и в результате ее пришлось ампутировать. Однако спортивный характер не подвел его и в эти трагические жизненные моменты. Озеров мужественно преодолевал болезни, передвигался уже в инвалидной коляске, но продолжал каждое утро ездить на работу, бывал на многих соревнованиях. Он занимал должность председателя спортивного общества «Спартак», и во многом благодаря его усилиям оно не только не погибло, но продолжало возрождать былую славу.

Большой любимец женщин, Николай Озеров женился поздно, в сорок восемь лет. Его жена работала в издательстве «Прогресс» редактором, но после рождения двойняшек оставила работу и занялась домом и детьми. Они уже давно выросли. Николай Озеров-младший закончил институт физкультуры, но тренером становиться не захотел и занялся автомобилями. Дочь Надежда закончила музыкальное училище имени Гнесиных и работает на телевидении.

Когда Николай Николаевич Озеров умер, попрощаться с ним приехали люди со всего бывшего Советского Союза. Он был похоронен в своей любимой спартаковской форме, оставаясь верным своему обществу и после смерти.