Елизавета Петровна

(1709-1761) российская императрица

Глухой ночью 25 ноября 1741 года цесаревна Елизавета Петровна совершила государственный переворот и стала российской императрицей.

Она давно шла к власти, даже обстоятельства ее рождения, совпавшего по времени с триумфальным возвращением в Москву ее отца, Петра I, после победы под Полтавой, определили ей жребий решительный и в то же время трагический.

Детство и юность будущей императрицы прошли в обстановке спокойствия и семейного счастья. В ту пору царь Петр был счастливым мужем и отцом и называл свою младшую дочь не иначе как «лапушкой». Со временем восторженное отношение к ней усилилось, поскольку Елизавета выросла и стала настоящей красавицей. К тому же она оказалась настолько способной к грамоте и науке, что уже в шесть лет самостоятельно переписывалась со своим отцом.

В сентябре 1721 года Елизавета Петровна была официально признана совершеннолетней, и почти сразу же начались хлопоты, связанные с ее замужеством. Русскую красавицу захотел взять в жены французский король Людовик XV. Дипломаты начали переговоры, однако по не зависящим от невесты обстоятельствам брак не состоялся.

Вскоре на девушку обрушились один за другим два удара — она потеряла родителей: в 1725 году умирает от пневмонии Петр I, а менее чем через два года скончалась мать Елизаветы, Екатерина I. В это время, основной опорой Елизаветы становится юный император Петр II, ее племянник, сын сводного брата Алексея. Правда, и он вскоре умирает от оспы. Затем ее на долгие годы лишили власти.

Царствование Анны Иоанновны, которое продолжалось с 1730 по 1740 год, было самым неприятным периодом жизни Елизаветы. Хотя формально ее жизнь продолжалась по заведенному порядку, она ежеминутно боялась гнева всесильной царицы, которая находила любой повод, чтобы показать свое недовольство. Если Елизавета Петровна появлялась на балу в нарядном платье или слишком вызывающих, по мнению Анны Иоанновны, украшениях, императрица публично оскорбляла ее и даже обрывала, показавшиеся ей яркими банты.

Однако Анна Иоанновна так и не решилась нанести Елизавете какой-либо реальный вред. Вероятно, она боялась братьев Александра и Павла Шуваловых, а также графа Разумовского, которые открыто симпатизировали Елизавете. Только с ними царевна чувствовала себя в безопасности.

В 1740 году Анна умерла, но Елизавета Петровна не взошла на престол, поскольку вся реальная власть осталась в руках всесильного Бирона. Тогда она поняла, что за власть надо бороться. Союзниками ее стали солдаты-преображенцы. Только после того, как преданные Елизавете гвардейцы арестовали временщика Бирона, Елизавета Петровна стала императрицей.

Реальная же власть перешла в руки к новому временщику — графу А. Остерману. Он был опытным и осторожным политиком.

В отличие от Анны, Елизавета Петровна сразу же начала активные действия на политической сцене. Благодаря переговорам со шведами и французами она смогла добиться пересмотра условий Ништадтского мирного договора и изменить невыгодный для России внешнеполитический курс.

По мнению живших в Петербурге иностранцев, Елизавета Петровна была самой красивой женщиной России того времени. Она увлекалась кавалерийской ездой, блистала яркими нарядами на балах. В ее гардеробе было более 15 тысяч платьев. Царствование этой властительницы ознаменовалось чередой балов и увеселительных маскарадов.

Елизавета Петровна прожила трудную жизнь и поэтому в последние двадцать лет как бы стремилась наверстать упущенное. Однако замуж она так и не вышла. Мемуаристы позже приписывали ей многочисленные любовные связи. Правда, с 1742 года по стране стали ходить слухи о том, что императрица тайно обвенчалась с графом А. Разумовским. Но прямых доказательств этого факта мы не имеем. Вместе с тем при дворе именно в это время появились так называемые князья Таракановы, происхождение которых окутано тайной. Полагали, что они могли быть их детьми.

В конце сороковых годов у императрицы появился новый фаворит — И. Шувалов. Примечательно, что отношения с Разумовским у него были самые приятельские.

В отношениях Елизаветы и Шувалова многие видели противоестественный союз, поскольку Шувалов был намного моложе ее. Он был европейски образованным человеком, также, как и императрица, любил наряды и праздники, но при этом оставался весьма трезво мыслящим и дельным человеком.

Благодаря его заботам о перевооружении армии России одержала победу в Семилетней войне, после которой она превратилась в мощную европейскую державу. Шувалов был инициатором открытия Московского университета и учреждения Академии художеств. Кстати, он оказался тем человеком, который находился при Елизавете Петровна буквально до последнего часа ее жизни.

Несмотря на то, что всеми делами управляли преданные ей люди, она ревностно следила за тем, чтобы никто не смел посягать на ее власть. Когда высшие церковные иерархи обратились к ней, чтобы восстановить патриаршество, упраздненное Петром Первым, она ответила решительным отказом, боясь усиления власти церкви.

При Елизавете Петровна на Руси была впервые отменена смертная казнь. Так не поступал до нее ни один монарх. И вообще императрица старалась предать забвению многие варварские русские традиции: например, специальным указом была запрещена медвежья забава, как зрелище, во время которого погибали люди. Запрет коснулся и других опасных развлечений, среди которых оказалась и ружейная охота. Специальным указом за каждый выстрел был утвержден значительный штраф.

Старость стала для императрицы настоящим бедствием. Ни многочасовые сидения перед зеркалом, ни усилия парикмахеров не могли скрыть страшной болезни, подтачивавшей силы Елизаветы Петровны. Поэтому последние несколько лет она безвыездно прожила в Царском Селе, скрываясь даже от ближайшего окружения. Елизавета Петровна настолько боялась смерти, что не подпускала к себе даже врачей. И развязка наступила неожиданно.

Судьбе было угодно, чтобы Елизавета Петровна умерла на Рождество, 25 декабря 1761 года. Накануне она тихим голосом простилась с наследником престола Петром Федоровичем и его женой, будущей Екатериной II.

Любопытно, что, умирая, императрица завещала похоронить себя в самом модном из своих платьев, лишь недавно полученном из Парижа.