Кармен Роман Лазаревич

(1906-1978) советский кинодокументалист

Если кинохронике уже около ста лет, то кинопублицистика — сравнительно молодое искусство, которое вполне умещается в биографию одного поколения мастеров. Среди тех, кто возвысил документальное кино до искусства, одно из первых мест принадлежит Роману Кармену.

Его фильмы широко известны, отмечены многими фестивальными наградами, а главное, имеют успех у массового зрителя. Кроме того, они сыграли важную роль в развитии мировой кинодокументалистики. У Романа Кармена появилось много учеников и последователей, еще больше поклонников, в том числе и в среде самых взыскательных и требовательных мастеров экрана и кинохроники. В его творчестве соединились умение художника и страсть бойца. Он открыл новые темы и образы, новые земли, еще не освоенные кинематографом.

Роман Лазаревич Кармен родился в рабочем районе города Одессы. Детство было трудное. Его отец, писатель Л.О. Кармен, безвременно погиб в бурные революционные годы. В свое время он приобрел известность в широких читательских кругах своими рассказами, очерками и повестями о людях «дна», о рабочих каменоломен, «дикарях» одесского порта. Героями многих его рассказов были рабочие-революционеры. Книги Л.  Кармена «На дне Одессы», «Дикари» и другие пользовались большой популярностью. Он обладал тонким юмором и был добрым человеком.

Когда-то отец подарил Роману фотоаппарат «Кодак», который, наверное, и стал началом творческой жизни будущего знаменитого кинооператора. Самыми трудными в биографии Романа Кармена стали, пожалуй, 1920—1922 годы. Именно тогда он потерял отца, тяжело перенес сыпной тиф. Мальчику в то время было тринадцать лет, он учился в трудовой школе и в свободное время подрабатывал — торговал газетами на улицах Одессы, был подручным, чем-то вроде мальчика на побегушках в гараже Совморфлота и гордо приносил домой воинский паек.

В 1922 году Роман Кармен приехал в Москву, где собирался продолжить учебу. С треском провалившись на экзамене в МВТУ им. Баумана, он оставил мечту о техническом образовании.

Но учиться очень хотелось, и Кармен поступил на вечерний рабфак. Здесь он снова начал заниматься фотографией. Первые его снимки были опубликованы в рабфаковской стенгазете, после чего Роман решил попытаться пристроить их в какой-нибудь журнал. Он отправился в «Огонек», который тогда только что начал издаваться. Руководители журнала М. Кольцов и Е. Зозуля тепло встретили молодого человека и, посмотрев его фотографии, вручили ему корреспондентское удостоверение, подписанное Кольцовым. Это свое первое удостоверение Роман Лазаревич Кармен хранил до конца жизни.

В сентябре 1923 года в «Огоньке» появился снимок с подписью «Фото Р. Кармена». Тогда по заданию редакции он снял известного болгарского революционера Васила Коларова, прибывшего в Москву после сентябрьского революционного восстания в Болгарии. Собственно, с этого номера «Огонька» Кармен и отсчитывал начало своей работы в журналистике, а впоследствии и в документальном кино.

Он самозабвенно увлекся фотографией, а журналистика привлекала его возможностью всегда быть в гуще событий. Роман Кармен очень много снимал. Особенно любил событийный репортаж. Он снимал репортажи о жизни страны, снял похороны Владимира Ильича Ленина, приезд в Советский Союз Максима Горького. В это же время в печати стали появляться его очерки и корреспонденции. В 1926 году на первой выставке советского фоторепортажа был целый стенд с работами Романа Кармена. Ему присудили почетный диплом «За динамичное построение кадра, за высокую технику работ».

На фотосъемках Кармен часто встречался с операторами, которые снимали кинохронику. Он с завистью наблюдал, как они работают, и все больше сознавал, как ему «тесно» в статичном фотографическом кадре. Роман Лазаревич Кармен видел, какие богатые возможности для отражения жизни дает кино в сравнении с фотографией. И он начал серьезно думать о профессии кинорепортера. Осенью 1928 года Кармен пришел в ГТК — тогдашний Государственный техникум кинематографии. Чтобы сдать экзамен, он на полгода отложил в сторону фотокамеру, бросил работу и, запершись в четырех стенах, взялся за математику, физику, химию. В конце концов он добился своего и поступил на операторский факультет ГТК.

После первого года обучения, на летних каникулах Кармен вместе со своим другом А. Самсоновым, тоже студентом ГТК, достали съемочную камеру «Кинамо» и обратились на студию кинохроники с просьбой дать им пленку и поручить съемки в районах коллективизации. Пленку им дали, даже больше, чем они рассчитывали получить. С этим багажом они и отправились в путь. Съемки, сделанные во время этой поездки, вошли несколькими сюжетами в журналы «Совкинохроники». После второго курса Роман Кармен вместе с приятелями по заказу Украинской студии снимал короткометражный хроникальный фильм «Фабрика-кухня».

Во время третьих каникул талантливый и опытный документалист Владимир Ерофеев пригласил его в первую звуковую киноэкспедицию на съемки фильма «Далеко в Азии». Уроки этого первого кинопутешествия оказались очень полезными и запомнились на всю жизнь. Так прошли четыре года обучения, и Роман Лазаревич Кармен получил диплом кинооператора. Его направили на студию кинохроники, где он работал почти до конца жизни.

Роман Кармен стал увлеченно заниматься кинорепортажем. Каждый выезд на событийную съемку он воспринимал как ответственное задание, и самый, казалось бы, незначительный сюжет для киножурнала представлялся ему очень важным и вызывал щемящее чувство творческого беспокойства. В своих репортажах Кармен стремился использовать все выразительные средства, вскоре он начал заниматься синхронно-звуковым репортажем, который предоставлял еще более богатые возможности для творчества. Роман Кармен брал синхронную камеру в Арктику, снимал в полярную ночь фильм «Седовцы». Она была с ним и на фронте, и в зале Международного трибунала в Нюрнберге, в открытом море, на стальных платформах во время съемок фильма о нефтяниках Каспия, в Индии, Индонезии, во Вьетнаме, на Кубе. Большим событием для Кармена стало участие в Каракумском автопробеге, когда Горьковский автомобильный завод решил испытать свои машины в труднейших условиях различных дорог и бездорожья. В автопробеге участвовал также известный кинооператор Эдуард Тиссэ.

Роман Лазаревич Кармен стремился показать не столько испытание машин, сколько испытание воли, выносливости и целеустремленности людей. Когда же колонна машин, преодолев множество трудностей, прибыла наконец в Москву и направилась к Красной площади, там шел многолюдный митинг солидарности с испанским народом. И Кармен тут же принял решение лететь в Испанию.

Так было всегда. Талантливый и энергичный кинодокументалист преодолевал все препятствия и отправлялся с кинокамерой в горячие точки планеты. Через некоторое время в «Известиях» появились не только фотографии Кармена, но и его корреспонденции из Испании. Он и здесь остался верен себе, легко овладел новой для него профессией и стал писать журналистские материалы.

В Испании Роман Кармен познакомился с Хемингуэем, много ездил по фронтам, снимал бои, митинги, беженцев на дорогах в Мадрид, объездил с камерой почти всю страну. Потом на экраны вышли двадцать два выпуска кинохроники «К событиям в Испании», которые сняли Кармен и его товарищи. Жизнь оператора-хроникера складывается необычно. В чем-то она напоминает жизнь путешественника. Сегодня здесь — завтра там. После Испании Кармен почти год провел в Арктике на острове Рудольфа: участвовал в экспедиции, снаряженной на поиски летчика Леваневского. Вернувшись из Заполярья, он улетел в Китай, где началась борьба с японцами. После Китая — снова на Север. На этот раз он принял участие в экспедиции по спасению ледокола «Георгий Седов». Во многом благодаря Роману Кармену сейчас в архиве находятся уникальные кадры, на которых запечатлены эпизоды отечественной и мировой истории.

С первого дня войны советские кинооператоры стали военными людьми в полном смысле этого слова. Кармен был назначен руководителем одной из фронтовых киногрупп. Он принимал участие в создании кинолетописи Великой Отечественной войны: снимал разгром немцев под Москвой, блокадный Ленинград, Сталинградскую битву и пленение фельдмаршала Паулюса, взятие Берлина. Его камера запечатлела торжественный акт капитуляции фашистской Германии. В 1946 году он присутствовал на Нюрнбергском процессе, создав фильм «Суд народов».

Кончилась война, и боевые эпизоды сменились на экране темами мира и труда. Роман Кармен снимает фильм «Повесть о нефтяниках Каспия». Через несколько лет он снял его продолжение — «Покорители моря».

В 1954 году он отправляется во Вьетнам, где ведет съемки в боевых условиях. С камерой в руках ему пришлось прошагать сотни километров по джунглям, под бомбежками, по горным тропинкам, в зной и в тропические ливни.

В 1955 году Роман Лазаревич Кармен снимает фильм «Утро Индии». Эта работа тоже проходила в трудных климатических условиях, но все работали с большим энтузиазмом и полной отдачей. Кармен был руководителем съемочной группы и режиссером, имел в своем подчинении большую группу операторов и сам мог не снимать: у него хватало дел и без этого. Но он говорил: «Я не могу работать без камеры в руках, ведь я все свои мысли, все, что я задумываю, хочу выразить через камеру, и вообще, пока у меня будут силы, я буду держать камеру в руках». Затем последовали фильмы о Латинской Америке.

В кинематографе все расписано по дням и по часам. У этого «конвейера» Роман Кармен проработал полвека. Он не научился в жизни лишь одному — равнодушию. Человек, повидавший весь мир, бывший очевидцем, участником и летописцем событий истории, был полон самых смелых творческих планов и органически не мог произносить слова «не интересно» или «мне безразлично».

Почти в семьдесят лет он взвалил на себя еще одну огромную работу — создание двадцати телевизионных фильмов о Великой Отечественной войне по заказу американцев. Кармен считал своим долгом воспользоваться возможностью рассказать посредством телевидения американскому народу всю правду о войне. Поэтому сериал и был назван «Неизвестная война». Острая полемика с американскими продюсерами по поводу каждой строчки, каждого слова текста стоила ему колоссального нервного напряжения, но он делал это терпеливо и настойчиво. Порой легче было встать из-за стола и прервать переговоры, чем убедить, доказать свою правоту, но Кармен все-таки доказывал и отстаивал свою точку зрения.

Он торопился успеть сделать фильм так, как он это видел и понимал. Он боялся не за себя, он боялся каких-нибудь неожиданных событий, которые могли бы прервать эту работу. Хотя чувствовал себя уже неважно. В одном из писем от 5 апреля 1978 года (за двадцать три дня до смерти) Роман Лазаревич Кармен писал: «Я сейчас весь без остатка погружен в завершение трудного и очень сложного дела с этими фильмами для американского телевидения. Буквально света божьего не вижу, поднимаюсь в шесть утра, а завершаю рабочий день далеко за полночь. Силы иссякают, сердце напоминает о себе постоянно, ведь два инфаркта я уже имел, казалось бы, нужно беречь себя, а я вот так играю с огнем».

Игра с огнем стала для него обычной. В самом деле, он так и не почувствовал себя стариком и работал до последнего дня своей долгой рабочей жизни. Смерть совладала с ним лишь в тот момент, когда он уже закончил свой последний, поистине неимоверный труд — серию фильмов о Великой Отечественной войне. Он только что смонтировал двадцатый фильм из этой серии, быть может лучший из всех, какие он создал за всю свою жизнь, — фильм «Неизвестный солдат». Смонтировал, озвучил его, сам наговорил на пленку свой, как всегда, типично «карменовский», берущий за душу текст. И как только работа была полностью завершена, умер. Это была в полном смысле слова солдатская смерть на боевом посту.


..Следующая страница->