Лобачевский Николай Иванович

(1792-1856) русский математик, создатель неевклидовой геометрии

Николай Иванович Лобачевский родился 20 ноября 1792 года в Нижнем Новгороде. Семья жила бедно, отец, Иван Максимович, был регистратором межевой конторы. Когда маленькому Коле было 8 лет, отца вообще уволили со службы, и все заботы о семье легли на мать, Прасковью Ивановну, которая сумела устроить всех троих сыновей — Александра, Николая и Алексея — в Казанскую гимназию в 1802 году.

После ее окончания братья поступили в Казанский университет. Николай был принят не сразу, а, как говорят студенты, со второго захода. Сначала его покорила медицина, и он уже подумывал о медицинской практике, когда пришло увлечение математикой.

Что касается его способностей, то они были по достоинству оценены в студенческой среде: он стал лидером, «камерным студентом». Однако преподаватели университета сразу заметили, что темперамент молодого Лобачевского не соответствует строгим рамкам университетского режима. Его проделки — катание в городском парке верхом на корове, запуск ракеты поздним вечером — нередко приводили студента в университетский карцер. Блестящие способности Лобачевского замечены, его успехи несомненны. Но «худое» поведение. Наконец, фамилия Лобачевского, стоявшая на первом месте в списке самых достойных студентов, которые претендовали на звание магистра, вообще была вычеркнута. Профессора Бартельс, Броннер и Литтров заступились за него перед ректоратом, и Николай был утвержден магистром.

Преподавательская деятельность его началась довольно скромно: сначала профессор Бартельс, знаменитый математик, один из отцов-основателей молодого Казанского университета, просил помочь ему. Бартельс был просто восхищен своим учеником, просил Лобачевского объяснять студентам то, что они не понимают в его (Бартельса) лекциях. Одновременно молодой ассистент читает курсы арифметики и геометрии на подготовительных курсах. Его слушателями были мелкие чиновники, которые для того, чтобы повысить свой класс и подняться на более высокую ступень в государственной службе, должны были сдать этот экзамен.

Но это только начало многогранной педагогической деятельности в Казанском университете Николая Лобачевского, профессора, ректора, который вывел университет на международный уровень. Молодой магистр увлечен механикой, штудирует гениальный труд П. Лапласа «Небесная механика», занимается астрономией, в составе экспедиции участвует в наблюдении солнечного затмения. Читая лекции по опытной физике, Лобачевский вплотную занялся аппаратурой, приборами для физического кабинета.

С 1814 года по 1816 он проходит путь от адъюнкта чистой математики до экстраординарного профессора Казанского университета, а в 1822 году тридцатилетний ученый становится ординарным профессором. Вся жизнь Николая Ивановича Лобачевского связана с Казанским университетом, здесь в курсе геометрии он впервые обратился к вопросу, с которым вошел в историю мировой науки как великий геометр, — к вопросу об аксиоме параллельных прямых. По известной традиции сначала он предпринял попытку доказать знаменитую аксиому Евклида (V постулат). На протяжении веков математики пытались доказать V постулат, заменить, поправить его, но тщетно. Доказательства были ошибочные. Лобачевский первый понял бесцельность и, главное, бесперспективность этих попыток. В 23 года он приступил к разработке новой геометрической системы.

На праздновании Казанским университетом столетия неевклидовой геометрии профессор В. Ф. Каган сказал: «Говорят, что Лобачевский — это Коперник в геометрии. Я беру на себя смелость сказать, что это сравнение для Лобачевского недостаточно ярко. Разве идеи Коперника по существу были так неожиданны? Разве за две тысячи лет до Коперника им не учил Аристарх Самосский? И так ли далеко были от них идеи Гиппарха Родосского? А идеи неевклидовой геометрии в течение этих тысячелетий и не возникали».

В университете Николай Иванович Лобачевский читает лекции по математике, опытной физике, механике, гидростатике и гидравлике. Его лекции были непосредственно обращены к математической классике, к трудам Д'Аламбера и Гаусса, Лапласа и Лежандра. Последние достижения Ампеpa, Фурье и Коши он излагал просто и доступно. Больше всего заботился о точности терминов и, соответственно, менее всего о технике расчетов. А на экзамене профессор Лобачевский не любил механических, бойких и даже быстрых ответов, требовал точных высказываний, очень и очень ценил самостоятельные суждения и находчивость студента.

Строгость на экзаменах сочеталась в Лобачевском с мягким и чутким отношением к студентам, нередко он добивался у начальства смягчения наказаний студентов за нарушение ими строгих университетских правил.

В 1820—1822 и 1823—1825 гг. Лобачевский был деканом физико-математического факультета, с 30 мая 1827 года он — ректор Казанского университета. Служение отчизне Николай Иванович понимал очень широко. Так, во время стихийных бедствий: эпидемии холеры в 1830 г. и пожара 1842 года — ректор Казанского университета получил «Высочайшее благоволение за усердие по предохранению университета и других учебных заведений от холеры». Пожар в Казани уничтожил значительную часть домов и коммуникаций, но Лобачевскому удалось спасти университетские здания и постройки, спасти уникальное оборудование лабораторий, библиотек. Он был инициатором строительства целого комплекса зданий университета (клиники, анатомического театра, физического и химического кабинетов), в 1834 году положил начало выпуску «Ученых записок Казанского университета».

Женившись на Варваре Алексеевне Моисеевой, Николай Иванович оказался в родственных связях с семьей Мусина-Пушкина, попечителя Казанского университета. Из пятнадцати детей ученого в живых осталось семеро, остальные умерли в младенчестве. И уж совсем неожиданно умирает в 1852 году старший сын. Любимая жена и дети, постоянные волнения об их здоровье заполняли его семейную жизнь.

Николай Иванович Лобачевский вошел в историю как величайший геометр, создатель новой геометрии — неевклидовой. Труд «О началах геометрии» был послан в Академию наук, но при жизни автора открытие неевклидовой геометрии не было признано. Сейчас ясно, что математические идеи Лобачевского опередили время. Даже такой знаменитый математик, как Михаил Васильевич Остроградский, в рецензии на работу Лобачевского писал: «Все, что я понял в геометрии г-на Лобачевского, ниже посредственного... книга г-на ректора Лобачевского опорочена ошибками...». Однако был один математик в мире, который все понял, все оценил. Но молчал. Лишь в частной переписке он, великий К. Ф. Гаусс, высказал восхищение работой Лобачевского: «... все это развито Лобачевским мастерски и в чисто геометрическом духе...».

Наступил 1846 год, черный год в жизни Лобачевского, граница между активной жизнью, творческой, организационной деятельностью в университете и временем остановки, старческой ненужности, материальной нужды. Излом жизни Николая Ивановича проходит в связи с увольнением с поста ректора университета. Это был удар. Больше нет того, что составляло основное содержание его творческой жизни. Теперь Николай Иванович помощник попечителя. Жалованье сократилось, квартиры ректора больше нет. Неожиданно рано приходит старость, болит сердце, глаза... Последний труд — «Пангеометрия» — Лобачевский диктует, поскольку сам писать уже не может. Больной и слепой, побежденный жизненными обстоятельствами, он умирает 12 февраля 1856 года.