Ходжкин, Дороти Мери

(1910-1996) английский химик

Казалось, сама судьба распорядилась так, чтобы она стала историком или археологом. Дороти Кроуфут-Ходжкин родилась в Каире, где в то время работал ее отец. Джон Уинтер Кроуфут был известным английским археологом и руководил раскопками, проводимыми Египетской службой образования. Мать Дороти была международным авторитетом по коптским тканям и талантливым любителем-ботаником.

Когда началась Первая мировая война, Дороти — старшей из четырех дочерей — было 4 года. Опасаясь возможного нападения турецкой армии, родители отправили детей в Англию, к бабушке по линии отца. Они поселились в городке Уортинг, расположенном в нескольких милях от Брайтона, на берегу Ла-Манша.

После окончания войны мать переехала в Англию и поселилась с детьми в городе Линкольне. Она самостоятельно обучала девочек истории, естествознанию и литературе. Несколько лет семья жила в постоянных поездках между Англией и Ближним Востоком, где продолжал работать отец. Только в 1921 году он наконец вернулся, и вся семья осела в поместье Беклесс, в Восточном Суффолке, где предки Кроу-футов жили в течение столетий.

До 1928 года Дороти посещала школу, расположенную поблизости от Беклесса, и там, впервые увидев кристаллы, сразу же увлеклась ими. Она стала углубленно изучать кристаллографию, а также химию. Любопытно, что последний предмет в то время изучался только мальчиками.

В 1926 году ее отец стал директором Британской школы археологии в Иерусалиме, и после окончания школы Дороти приезжает к своим родителям в Палестину. Раскапывая византийские храмы в Джераше (Транс-Иордания, а ныне Иордания), она увлеклась археологией. Вернувшись в Англию, Дороти приступила к изучению химии в Сомервилл-колледже в Оксфорде.

В 1937 г. она вышла замуж за Томаса Ходжкина, сына оксфордского историка, который в первые годы после свадьбы работал школьным учителем, но затем в течение многих лет был директором Института по изучению Африки при Ганском университете. У них родились двое сыновей и дочь.

Вскоре внимание Дороти привлекла рентгеновская кристаллография. Немецкий ученый М. Лауэ открыл, что рентгеновские лучи, проходящие через кристалл, оставляют характерные пятна на фотографических пластинах, отражая внутреннюю структуру каждого кристалла. С добавлением сложных математических вычислений появилась новая методика, получившая название рентгено-структурного анализа и ставшая важным методом определения размеров, формы и положения атомов и молекул в кристалле.

Работа по данной теме требовала обширных знаний в различных отраслях науки. По совету своего преподавателя Ходжкин провела лето в Гейдельберге в лаборатории Виктора Гольдшмидта, другого первооткрывателя кристаллографии, а вернувшись в Англию, прослушала курс лекций по математике.

После окончания Сомервилл-колледжа в 1932 году Ходжкин получила небольшую исследовательскую стипендию и смогла начать работу в Кембриджском университете вместе с выдающимся физиком Дж. Берналом.

Бернал занимался рентгено-структурным анализом кристаллов стеролов (твердых циклических спиртов, таких, как холестерин, обнаруженных в биологических тканях). Работая под его руководством, Ходжкин смогла полностью овладеть методикой исследования. Спустя два года она вернулась в Сомервилл на отделение минералогии и кристаллографии, где и работала на протяжении почти всей своей профессиональной деятельности.

Получив с помощью химика-органика Роберта Робинсона субсидию на приобретение рентгеновского аппарата, Ходжкин продолжила анализ стеролов, обратив особое внимание на иодид холестерина. За диссертацию по этой теме в 1937 году она получает докторскую степень.

Во время Второй мировой войны Ходжкин приступила к исследованиям пенициллина — антибиотика, открытого в 1928 году А. Флемингом. В военное время пенициллин был крайне необходим для лечения раненых, но пока была неизвестна его химическая структура, не могло быть и речи о синтезировании и массовом выпуске этого препарата.

Вместе с небольшой группой помощников Ходжкин изучала пенициллин методом рентгено-структурного анализа. Пропуская рентгеновские лучи через кристаллы пенициллина под разными углами, ученые сумели вычислить расположение ключевых атомов в кристаллической решетке.

Но завершить работу удалось только тогда, когда в их распоряжение был предоставлен компьютер. С помощью одной из первых моделей IBM с программами на перфокартах Ходжкин и ее коллеги в 1949 году определили молекулярную структуру пенициллина.

В то же время Ходжкин применила рентгено-структурный анализ для изучения витамина В, который предотвращал анемию — смертельно опасное снижение количества красных кровяных телец. В работе над его формулой и был впервые применен компьютер, существенно облегчивший последующие громоздкие вычисления. Благодаря проделанной работе стал возможным искусственный синтез этого витамина.

Одновременно с исследовательской началась и преподавательская деятельность ученого. В 1957 году Ходжкин назначили на должность лектора по курсу рентгеновской кристаллографии в Оксфордском университете. В следующем году ее лаборатория была переведена в университетский Музей естественной истории — современное здание, построенное с учетом всех требований химической науки.

За свои открытия Ходжкин получила Нобелевскую премию по химии за 1964 год. Она была почетным доктором Кембриджского, Гарвардского и Броуновского университетов, а также университетов Лидса, Манчестера, Суссекса, Чикаго и многих других.

Ходжкин стала второй англичанкой, награжденной орденом «За заслуги» (1965). Ее открытия были отмечены Королевской медалью (1957), медалью Копли Лондонского королевского общества (1976) и золотой медалью имени Ломоносова Академии наук СССР (1982).

Первопроходческие разработки Ходжкин оказались пригодными для исследований самых различных соединений, к примеру, были использованы М. Перуцем и Дж. Кендрю при изучении структуры белков.

Но, пожалуй, самым крупным достижением, связанным с применением метода, открытого Ходжкин, стало определение спиральной структуры ДНК, проведенное Розалиндой Франклин, Морисом Уилкинсом, Джеймсом Уотсоном и Френсисом Криком, за что исследователи также получили Нобелевскую премию.

Несмотря на развивающийся артрит, Ходжкин продолжала работать. В 1972 году она закончила анализ структуры гормона инсулина. Работа над этой сложнейшей молекулой, в которую входит почти 800 атомов (витамин В 12 состоит из 90 атомов), заняла около сорока лет.

С 1960 до 1977 года Ходжкин занимала пост профессора-исследователя Лондонского королевского общества. В 1977 году она была избрана членом совета Вольфсон-колледжа в Оксфорде, почетным ректором Бристольского университета. С 1975 года до самой смерти Ходжкин была президентом Пагуошского движения. Эта почетная должность ярче всего отражает тот научный и человеческий авторитет, который она имела в мировой науке.

До последних дней жизни Ходжкин работала в лаборатории. Ее своеобразным девизом всегда оставались слова: «Существует еще немало сложных кристаллов, которые бросают нам вызов».